Профессия контрразведчик

Ключевые компетенции в подготовке спецагентов контрразведки; с приоритетом на достоверность фильтров истины. Преодоление когнитивных предубеждений; недостатки индуктивного познания.

––––––––––––––––––––––––––––––––––––––

Важная задача контрразведчика – держать руку на пульсе самых актуальных тенденций в области применения оружия массового поражения. Для этого контрразведчику необходимо чёткое философское понимание процессов, происходящих в сознании людей, и прежде всего – в его собственном сознании. Благо что для формирования такого понимания велосипед изобретать не нужно. Для этого существует эпистемология (наука о познании), которая даёт проверенные временем ответы на самые ключевые вопросы познания: «Что такое вера?», «Что такое истина?», «Что такое обоснование?». Чёткие, проверенные временем, ответы на три этих вопроса имеют для контрразведчика принципиальную важность.

Одно из важнейших практических следствий эпистемологии – это понимание того факта, что индуктивный метод познания (восхождение от частных наблюдений к общему логическому выводу) – способен обеспечивать достоверные результаты только в математических теориях. Тогда как при решении злободневных, связанных с реальным миром задач, индуктивный метод практически всегда оказывается бесполезным. Однако, в силу того, что в нашем разнообразном мире можно найти доказательства практически для любой идеи, «не заметив» при этом доказательств для идей обратных, – метод индуктивного познания процветает. В том числе и в разведывательных подразделениях. Популярность этого метода, – даже не смотря на наличие противоречивых наблюдений, – обусловлена тем, что люди совершенно спонтанно считают верным то, во что они обычно верят, и неверным то, во что они обычно не верят. Люди как правило не склонны подвергать сомнению свою веру, и находятся т.о. в тисках своих когнитивных предубеждений.

Существенный изъян индуктивного познания состоит в том, что если первоначально разведывательное сообщество укореняется в наборе ошибочных убеждений, то все его последующие выводы будут накапливать всё больше и больше ошибок. При этом самоуверенность и убеждённость в собственной правоте будет только расти. Для разведывательных организаций, которые претендуют на хранителей объективного экспертного набора знаний – это серьёзная угроза. Поэтому для контрразведчика очень важно научиться распознавать в себе препятствующие объективному суждению «когнитивные иллюзии». При этом следует понимать, что самостоятельно, – без посредничества свободного от такой иллюзии человека, – от иллюзии избавиться невозможно. [Это всё равно, что за волосы себя вытаскивать, по примеру Барона Мюнхгаузена.]

Кроме того, выбирая свободного от иллюзии посредника, – которого мы по сути наделяем эпистемологическими полномочиями, – очень важно не ошибиться. Иначе, если он такой свободой не обладает, мы только усугубим проблему фальсификации данных. Один из существенных критериев подлинности такого посредника – его политическая непредвзятость. Каким образом отличить действительно свободного от иллюзии посредника – помогут разобраться опытные эпистемологи. Для разведывательных организаций, если они заинтересованы в качественных фильтрах истины, сотрудничество с такими эпистемологами имеет принципиальную важность. С последующей интеграцией полученного от эпистимологов опыта – во всех своих подразделениях.

Matthew Herbert. The Intelligence Analyst as Epistemologist // International Journal of Intelligence and CounterIntelligence. 19(4), 2006. pp. 666-684.